Аналитика

21.12.2018
Валерий Кистанов
Россия и Япония: ускорение к миру?

Россия и Япония: ускорение к миру?

Зачем Абэ наращивает темпы территориальных переговоров с Путиным

2018 год был насыщен российско-японскими переговорами по территориальной проблеме. Она заключается в притязаниях Токио на четыре южных Курильских острова, которые перешли к СССР/России по итогам Второй мировой войны. Япония считает их своими северными территориями и требует вернуть. Проблема, по мнению Токио, является главным препятствием к заключению мирного договора между Россией и Японией. Указанные переговоры ведутся не только дипломатами двух стран, но и лично их руководителями. Причем в публичном пространстве они предпочитают вместо словосочетания «территориальная проблема» употреблять эвфемизм «мирный договор».

Особую активность в территориальных переговорах проявляет нынешний премьер-министр Японии Синдзо Абэ. Вопреки принятому в международных делах принципу взаимности обмена визитами высших руководителей государств он дважды подряд посетил Россию в уходящем году: в мае - Санкт-Петербург и Москву, а в сентябре - Владивосток. В Санкт-Петербурге и Владивостоке японский лидер принял участие в международных экономических форумах, а в Москве вместе с российским президентом открыл перекрестные годы культуры России и Японии.

Уже стало известно, что в январе следующего года Абэ снова «заглянет» в Россию по пути на очередной Давосский форум. Кроме того, он надеется, что «в привязке» к саммиту «двадцатки» (G 20) в июне того же года в японском городе Осака Путин посетит Японию с официальным визитом. Наконец, Синдзо Абэ жаждет увидеть своего «друга Владимира» на чемпионате мира по дзюдо, который будет проходить в следующем августе в Японии.

Всего же Путин и Абэ в свою бытность лидерами двух стран встречались в общей сложности 24 раза, если учитывать их рандеву в первый премьерский срок Абэ в 2006-2007 годах. В период президентства Дмитрия Медведева российско-японские саммиты не осуществлялись в связи с его ярко выраженным отрицательным отношением к каким бы то ни было территориальным уступкам Японии.

Вернувшийся в 2012 году в Кремль Владимир Путин призвал к нахождению взаимоприемлемого решения территориального вопроса. Воодушевленный этим призывом Синдзо Абэ посетил с официальным визитом Москву в апреле 2013 года. В подписанном тогда совместном заявлении лидеров двух государств по заведенной традиции говорилось лишь о мирном договоре, а территориальная проблема вообще не упоминалась. Однако фактически оно дало старт очередному этапу поисков развязки этой главной проблемы двусторонних отношений.

Знаковыми вехами этого этапа явились приезд Синдзо Абэ - единственного из руководителей стран-членов «семерки» - на открытие Зимней Олимпиады в Сочи в 2014 году, а также встреча с Путиным в том же городе в мае 2016 года. Сочинский саммит ознаменовался «новым подходом» Абэ к отношениям с Россией. Он заключается в предложении плана экономического сотрудничества Японии с Россией из восьми пунктов, который, по замыслам премьер-министра, должен создать благоприятную атмосферу для заключения мирного договора между двумя странами. Другими словами, расчет делается на то, что в условиях трудного экономического положения России, вызванного экономическими санкциями Запада, Москва по достоинству оценит «широкий жест» Токио и пойдет на уступки в территориальном вопросе.

Следует отметить, что на сближение с российским президентом Абэ отважился вопреки явному недовольству Вашингтона и Брюсселя, полагающих, что Япония шагает не в ногу с остальными развитыми странами Запада, подвергающими Москву хозяйственному и прочему остракизму за Крым, Украину, Солсбери и другие ее «грехи». Это заставляет Абэ маневрировать в попытках найти «золотую середину» в отношениях Японии с Россией и Западом, как по части экономических санкций, так и нескончаемого ряда ее критики и осуждений. Проявлением этого маневрирования стал ответный визит Путина в Японию в декабре 2016 года, хотя первоначально он намечался на 2014 год, но неоднократно откладывался японской стороной на фоне антироссийской кампании Запада по поводу воссоединения Крыма с Россией. Правда, японская сторона все же постаралась снизить статус этого визита, представив его как дружеский, а не официальный.

Нарастающая частота встреч руководителей России и Японии свидетельствует о желании Абэ вместе с Путиным решить территориальную проблему и подписать мирный договор между двумя странами. Не секрет, что именно на Путина делает персональную ставку японский премьер, полагая, что только он в сложившихся в России условиях способен пойти на уступки по территориям. Надежды Абэ подкрепляются неоднократными высказываниями российского президента о том, что отсутствие мирного договора в отношениях двух стран является «ненормальным положением». Этот момент, как уже отмечалось, нашел отражение в заявлении по итогам визита японского премьер-министра в Москву в 2013 году. Правда, пока что подходы Путина и Абэ к устранению этой «ненормальности», несмотря на их дружеские отношения, являются прямо противоположными.

Это в очередной раз было ярко продемонстрировано на Восточном экономическом форуме во Владивостоке в сентябре этого года. Там на горячий призыв «своего друга» Синдзо проявить решимость и подписать мирный договор Путин, немедля, предложил сделать это до конца года, но без всяких предварительных условий. А необходимость последующего решения территориальной проблемы, по мысли президента России, могла бы быть отражена в тексте самого документа. Единодушный ответ со стороны японских политиков, включая самого Абэ, экспертов и СМИ стандартно состоял в том, что надо, наоборот, сначала решить территориальный вопрос, а уже потом заключать мирный договор. Такая реакция лишь вновь подтвердила предположение, что Японии нужен не сам договор, а четыре южнокурильских острова.

Эпоха территориальных переговоров Путина и Абэ, начавшаяся в апреле 2013 года, продолжается до сих пор, благо оба политика остаются у кормила власти в своих странах до 2024 и 2021 годов соответственно. Как было показано выше, круто нарастает и динамика этих переговоров. На встрече на полях Восточноазиатского саммита в Сингапуре 14 ноября оба руководителя в очередной раз договорились ускорить переговоры о мирном договоре на основе Советско-японской совместной декларации 1956 года. В ней, в частности, говорится, что Советский Союз соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и острова Шикотан с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после заключения мирного договора между СССР и Японией. Правда, на пресс-конференции там же в Сингапуре Путин повторил свое высказывание о том, что в декларации не говорится о том, на каком основании эти острова передать, и под чьим суверенитетом они останутся. Такая интерпретация российским президентом декларации 1956 года сильно озадачивает японских политиков и экспертов, но не смущает напористого премьер-министра.

Спустя всего лишь две недели после рандеву в Сингапуре Путин и Абэ снова встретились, на этот раз на полях саммита «двадцатки» в Буэнос-Айресе. В столице Аргентины они назначили спецпредставителей на переговорах по заключению мирного договора. С российской стороны им стал замминистра иностранных дел РФ Игорь Моргулов, с японской - первый заместитель главы МИД Японии Такэо Мори. А сами переговоры будут вестись под руководством министров иностранных дел - Сергея Лаврова и Таро Коно, которым руководители обоих государств будут давать прямые указания. Эту дипломатическую конструкцию Путин и Абэ назвали новым механизмом переговоров по мирному договору. Хотя, в чем здесь новизна, трудно понять, поскольку до сих пор перечисленные дипломаты и так являлись главными переговорщиками по этому договору, а точнее, по территориальной проблеме.

Можно предположить, что повышение статуса переговорного процесса свидетельствует об отсутствии реального прогресса в сближении позиций Москвы и Токио по территориальной проблеме, несмотря на перманентные попытки обеих сторон ускорить этот процесс. По иронии судьбы, Россия и Япония не первый раз договариваются об ускорении мирных переговоров. Так, «ускорительный пункт» содержится в Иркутском заявлении 2001 года, подписанном В.Путиным и тогдашним премьер-министром Японии Ёсиро Мори. Он же был включен и в вышеупомянутое совместное заявление Владимира Путина и Синдзо Абэ 2013 года. Однако, как говорится, «а воз и ныне там».

Попыткам поскорее сдвинуть с места «воз» территориальной проблемы, в том числе с помощью договоренности о совместной хозяйственной деятельности России и Японии на спорных островах, мешает целый комплекс вопросов, сопутствующих этой проблеме. Они затрагивают коренные национальные интересы обеих стран в области экономики и безопасности. Во-первых, передача Японии даже Малой Курильской гряды (островов Шикотан и Хабомаи) приведет к резкому расширению исключительной экономической зоны Японии и, соответственно, утрате Россией огромных запасов минеральных ресурсов и морепродуктов вокруг этой гряды. Во-вторых, будет нанесен серьезный ущерб безопасности России, так как обладание даже лишь островами Хабомаи и Щикотан позволит Японии и США контролировать проход подводных лодок и других российских военных кораблей из Охотского моря в Тихий океан и обратно. Сами японские эксперты признают, что для этого американцы могут установить сонары на морское дно вблизи острова Шикотан.

Правда, премьер-министр Абэ обещает, что в случае получения спорных островов на них не будут размещены американские военные объекты. Однако вызывает сильное сомнение, что это возможно без согласия США, особенно в условиях нынешнего беспрецедентного обострения российско-американских отношений. На днях Вашингтон это ясно дал понять Москве и Токио, направив в район залива Петра Великого, на берегу которого расположен Владивосток, свой эсминец, базирующийся в японском городе Йокосука.

Стремление сочетать отстаивание своих базовых интересов с нахождением компромисса по территориальному вопросу выражается в волатильности формулировок подходов России Японии к этому вопросу. Об этом свидетельствует отказ Синдзо Абэ от превалирующего в Японии на сегодняшний момент жесткого требования вернуть все четыре северных острова в одном пакете в пользу формулы «два плюс альфа». Эта формула, которую, судя по всему, премьеру насоветовал известный политический деятель Мунэо Судзуки, подразумевает передачу под японский суверенитет двух островов Малой Курильской гряды (группу Хабомаи для удобства принято считать одним островом) и одновременные переговоры о принадлежности двух других островов - Кунашира и Итурупа.

За этот маневр Синдзо Абэ подвергается сильной критике со стороны консервативных сил и большинства СМИ Японии. Они даже высказывают опасения, что в итоге Япония не получит два самых крупных острова своих «северных территорий». Так, известный специалист по России, почетный профессор Хоккайдского университета Хироси Кимура бьет тревогу по поводу того, что формула «два плюс альфа» может обернуться для страны формулой «два минус альфа». Правда, сам Абэ и его «правая рука» - Генеральный секретарь кабинета министров Ёсихидэ Суга неоднократно заверяли соотечественников в том, что в любом случае Токио будет добиваться возвращения всех четырех островов.

Однако на недавней пресс-конференции министр иностранных дел Таро Коно четырежды демонстративно отказывался прокомментировать сделанное в Милане 7 декабря заявление его российского коллеги Сергея Лаврова о том, что признание Японией итогов Второй мировой войны необходимо для продолжения переговоров по мирному договору с Россией. Это породило у некоторых японских наблюдателей подозрения в намерении Абэ отойти от принципиальной позиции Японии по территориальной проблеме. А ранее сам Абэ в ходе парламентских слушаний избегал давать оценки территориальной проблеме, мотивируя свой отказ желанием не осложнять для российской стороны ситуацию на переговорах по этой проблеме.

В свете продолжительных бесед Путина и Абэ с глазу на глаз в Сингапуре и на других встречах такая реакция Абэ и Коно на вопросы японских парламентариев и журналистов по поводу территориальной проблемы дают повод и некоторым российским экспертам предполагать, что российская сторона готовится пойти на какие-то уступки по этой проблеме.

Однако требование признания итогов закончившейся 70 с лишним лет назад войны, которое и ранее время от времени озвучивалось российскими деятелями, абсолютно не приемлемо для Токио, который считает, что Советский Союз силой захватил «северные территории» в конце войны, и Россия их незаконно оккупирует. Понятно, что слова Лаврова, произнесенные в разгар ускорения мирных переговоров, явились для японских партнеров «холодным душем».

А на 14 декабря к нему свой «ушат холодной воды» добавила и официальный представитель МИД России Мария Захарова. Она сделала беспрецедентное в постсоветское время заявление, что в переговорах с Японией по заключению мирного договора должна учитываться вся дипломатическая переписка по этому вопросу, включая памятные записки правительства Советского Союза от 27 января и 24 февраля 1960 года. В связи с заключением в том же году японо-американского договора безопасности, предусматривающего размещение американских войск на японской территории, эти записки фактически аннулировали обещание СССР передать острова Хабомаи и Шикотан после заключения мирного договора. Но совершенно очевидно, что Токио в обозримом будущем не откажется от военного союза с Вашингтоном, а роль Японии как главной азиатской опоры США в силовом противостоянии с Россией будет лишь возрастать.

Можно не сомневаться, что требования, выдвинутые в заявлениях Лаврова и Захаровой, не будут приняты Токио ни при каких обстоятельствах. Поэтому, казалось бы, после них можно было бы ставить крест на надеждах Японии получить в той или иной форме южные Курилы или хотя бы их часть в обозримой перспективе. Однако, судя по всему, российско-японскую эпопею территориальных переговоров никто прерывать не собирается, и премьер-министр Синдзо Абэ имеет в ней свой сценарий. Он заключается в том, чтобы в ближайшие месяцы все же уговорить Путина подписать рамочное соглашение по территориальной проблеме и мирному договору уже в ходе планируемого официального визита российского президента в Японию в июне 2019 года.

Для Абэ крайне необходимо в опровержение отечественных критиков представить успехи своего курса в решении территориальной проблемы с Россией на выборах в верхнюю палату парламента летом того же года. А конечная его цель - добиться подписания мирного договора с Россией, окончательно решив эту проблему в течение оставшихся трех лет своего пребывания на посту премьер-министра. Тем самым Синдзо Абэ очень хочет остаться в истории страны как политик, который смог решить проблему, с которой до него никто не мог справиться на протяжении более 70 лет. Это и заставляет его, несмотря ни на какие препоны, спешить в территориальных переговорах с Путиным. Сбудутся ли чаяния Абэ, и в чем заключается смысл для России текущего ускорения мирных (территориальных) переговоров с Японией, нам предстоит узнать уже в наступающем году.

Валерий Кистанов, руководитель Центра японских исследований Института Дальнего Востока РАН

Голосов:
0

Комментариев: 0

Просмотров: 1884

Поделиться

Новости

25.06.2019 //14:56
Стелу в память о русских моряках открыли на острове Крит
24.06.2019 //18:48
Традиционная российско-китайская ярмарка культуры проходит на берегах Амура
24.06.2019 //14:30
Тихвин развивает сотрудничество с французским Эрувиль-Сен-Клером в рамках побратимских связей
21.06.2019 //15:38
Развитие бизнеса между Россией и Перу обсудили в Лиме
21.06.2019 //14:18
Волгоградская область и Узбекистан налаживают сотрудничество
20.06.2019 //15:30
Вузы России и Индии укрепляют взаимодействие
20.06.2019 //12:37
Расширен перечень стран, граждане которых смогут получить электронную визу в Россию
20.06.2019 //11:48
В Китае прошла презентация туристического потенциала российских регионов
19.06.2019 //15:21
Иностранные квалифицированные специалисты смогут быстрее получить российский паспорт
19.06.2019 //14:10
В Мексике обсудили развитие культурно-гуманитарного сотрудничества с Россией

Все новости

Также по теме