Публикации

Обратной дороги нет

«Господи, забери у меня глаза, чтобы я ослепла и не могла это видеть! Господи, забери у меня слух, чтобы я не могла слышать этот стон и плач! Господи, забери у меня ум, чтобы я не могла постоянно думать об этом! Забери у меня сердце, чтобы оно не болело и не рвалось на части! Господи, почему ты посылаешь такие испытания моему народу, моей земле, за что?», - пишет Виктория  Пархоменко на своей странице в Фейсбуке. Речь, разумеется, идет о трагедии Юго-Востока Украины.

Мы беседуем с человеком, который покинул родной дом, оказался в России практически  без средств к существованию и крыши над головой. Вместе с Викторией из Славянска бежали ее близкие – муж, свекровь, дети, маленькие внучки. Но с пересечением границы трудности не кончились. Конечно, это были уже другие трудности, жизни семьи Пархоменко больше ничто не угрожало. Но шок от пережитого,  тревога за будущее семьи,  трудности с обустройством  –  это было.

О том, как все происходило, «Русскому веку» расскажет сама Виктория.

- Виктория, как Вы жили в Славянске до отъезда?

- У нас с мужем был свой бизнес - небольшой продуктовый магазин, который мой муж построил сам. Когда Славянск взяли в кольцо и продукты перестали завозить, многие магазины закрылись. Мы не могли работать в своём магазине, так как он находился между двумя блокпостами – украинской армии и ополчения - и постоянно попадал под обстрелы. Все продукты, которые оставались в магазине, мы раздали людям, чтобы они могли как -то выжить. Каждый вечер мой брат с мужем под обстрелами отвозили продукты и воду в бутылках на блокпосты ребятам из ополчения. Когда мы уехали из города, ключи оставили  соседке, и ещё больше недели все жители нашей улицы могли продержаться благодаря продуктам из  нашего магазина, в основном это были крупы, тушенка, замороженные мясные продукты, рыба.

 - Сегодня, наверное, нет  в России человека, который не знал бы о трагедии Славянска, многих других городов Новороссии, не сочувствовал бы их жителям, чья жизнь была превращена в ад украинскими карателями. Вы и ваши родные  вырвались из пылающего города в начале июня прошлого года…

- Из Славянска мы выезжали, когда город уже был в «двойном кольце». Украинская армия постоянно вела миномётные и артиллерийские обстрелы районов и посёлков с горы Карачун. Район, в котором мы жили, находится недалеко от этого места, и наша улица постоянно попадала под перекрёстный огонь ВСУ и ополчения. Каждый день снаряды попадали в дома на нашей улице. Приходилось подолгу сидеть в подвале, чтобы переждать очередную бомбёжку.

Возможно, мы не приняли  бы решение уехать в Россию, но тревога за детей, у которых впереди жизнь, за внучек (одной – шесть лет, другой – всего три годика), за их психологическое состояние, за здоровье и жизнь вынудила нас решиться на этот непростой шаг. (Дочь с детьми мы отправили в Краснодарский край раньше, где в это время работал зять. Им очень повезло, донецкое направление еще было свободно, на блокпостах такси с молодой женщиной и двумя детишками пропустили без проблем).

Денег на дорогу  у нас не было, в городе не работал ни один банкомат, наличных денег тоже не было, так как почти два месяца не выплачивались пособия, зарплаты и пенсии. Деньги на дорогу собрали россиянки, с которыми я общалась в социальных сетях. Единственный банк, который работал в городе - это Сбербанк России. Через него друзья и переслали деньги.

Мы с мужем, свекровью и с сыном выезжали позже. Тогда ещё не было организованной эвакуации, дорога на Донецк была перекрыта украинскими блокпостами, на которых расстреливали  гражданские машины, пытающиеся выехать из окружённого Славянска. Мы решили ехать в харьковском направлении, этот путь был не таким опасным. В тот день позвонил муж и сказал, что через 40 минут за нами приедет водитель на микроавтобусе, который знает объездные дороги и уже вывез несколько семей из Славянска. На сборы было очень мало времени. Документы были собраны раньше, на случай, если нужно будет срочно уйти из дома. Вещей брали немного,  только самое необходимое. С нами ещё были три породистые собаки, которых мы решили взять с собой. И вот мы уже собраны, миски, поводки, одежда и главное - документы. С минуты на минуту должен приехать автобус, а на улице идёт бой, рвутся гранаты и стучат о металлический забор пули от автоматов. Наш водитель совершил подвиг - за три минуты загрузил всё наше семейство вместе с собаками в автобус и выехал из-под обстрела. Потом были очереди на украинских блокпостах, вокруг которых грохотали взрывы, и дорога до Харькова длиною в жизнь…

Границу на харьковской Гоптовке мы переходили уже ночью, под холодным проливным дождём, пешком. Мы не знали, куда мы идём и что нас ждёт впереди. Мы чётко знали одно: мы во что бы то ни стало должны бежать как можно дальше от родины, предавшей нас, от обстрелов и бомбёжек, от постоянного страха. Мы бежали туда, где нет этих ужасов, где можно спокойно думать о завтрашнем дне, не боясь до него не дожить. Мы бежали на Родину наших предков - в Россию.

-  Вас  приютили друзья  – вы приехали к ним в Воронеж. Как вы решали проблемы с обустройством в России?

- На границе нас должны были забрать ребята из Воронежа, с которыми я познакомилась в соцсетях, они предложили какое-то время пожить у них. Как только мы приехали, нам нужно было получить временную регистрацию. Это было несложно, нас зарегистрировали по месту пребывания. Но так как мы были беженцами, нас надо было как-то оформлять в ФМС. Таких, как мы, в то время в Воронеже и в области было немного, в основном это были жители Славянска, Краматорска и Луганска. Никаких особых распоряжений по оформлению беженцев в ФМС тогда не было. Мы прошли обычную для иностранных граждан процедуру регистрации и стали ждать, какие решения по поводу беженцев примет правительство России. Тем временем обстановка на Донбассе ухудшалась и оттуда массово стали эвакуировать мирных граждан. Эвакуацией, в основном, занималось руководство городов и сами ополченцы. Буквально через две недели после нашего прибытия в Воронеже было уже около четырёх тысяч беженцев.

 - Вам рекомендовали оформить разрешение на временное проживание (РВП), но эта процедура достаточно длительна и требует материальных затрат. Вы опасались, что не уложитесь в определенные законом 90 дней, в течение которых иностранные граждане могут жить в России без определения дальнейшего статуса, и Вам придется возвращаться – в буквальном смысле слова на пепелище. Как разрешилась эта ситуация?

- В тот день, когда мы приняли решение покинуть Украину, мы также решили, что больше никогда не вернёмся в страну, в которой правительство отдаёт  армии  приказы убивать своих сограждан, только потому, что они не согласны с проводимой политикой, хотят говорить на языке своих предков и жить свободно. Мы решили, что если когда-нибудь и приедем на землю, где родились, то только в качестве гостей и граждан уже другой страны, России. Поэтому мы понимали, что  для достижения этой цели нам необходимо пройти долгий путь.

В первую очередь нам нужно было получить т.н. временное убежище на территории РФ. Процедуру его оформления для жителей Донбасса упростили (в июле 2014 г. – прим. авт.), чтобы люди как можно быстрей смогли легализоваться в России. Но, тем не менее, это оказалось совсем непросто. Наша старшая дочь с семьёй в начале августа приехала из Краснодара в Воронеж. У зятя на тот момент уже закончилась работа, и они решили перебраться поближе к родителям. Теперь мы были все вместе, и нас было уже 8 человек.

Работу удалось найти не сразу, без российских документов никто из работодателей нас не принимал. Почти месяц мы жили на деньги, которые нам высылали неравнодушные люди. Они также помогли вещами и предметами первой необходимости - посудой, постельным бельём, продуктами. Но деньги быстро заканчивались, несмотря на то, что приходилось экономить буквально на всём. Зять два раза пытался устроиться в строительные компании. В первый раз ему совсем не заплатили за работу, во второй платили ровно столько, что хватало только на проезд до работы и назад. За два с половиной месяца ему не удалось заработать ничего.

Мне повезло больше. Меня взяли работать продавцом в магазин, в частную фирму. Хозяин этой фирмы оказался очень человечным и понимающим. Зная, что нам негде жить, он предложил нам поселиться в квартире, которая досталась ему по наследству и в которой никто не жил. Мы решили, что в квартире будут жить дочь с семьёй и младший наш сын. Мы же с мужем и свекровью сняли маленький домик, пусть без удобств, но зато там был газ и цена - приемлемой. В общем, первое время мы жили только на мою зарплату. Позже моего мужа приняли в эту же фирму экспедитором. Работать приходилось много,  мужа постоянно отправляли в командировки, нередко приходилось выезжать ночью, а утром он уже должен был быть вновь на фирме.

Для оформления документов приходилось тратить очень много времени. Необходимо было пройти медицинское освидетельствование, сдать анализы, сделать прививки… Несмотря на то, что по указаниям министерства здравоохранения всех беженцев пропускали без очереди, порой нужно было потратить целый день, чтобы попасть на приём к врачу. Беженцев были тысячи! Кроме того, люди, размещенные в лагерях временного проживания, проходили всё это организованными группами и бесплатно. Нам приходилось ждать и платить за анализы. Приходилось еще отстаивать огромные очереди в ФМС для того, чтобы сдать необходимые документы  и заполнить бланки анкет, регистрации, перерегистрации и пр. С нашим  плотным графиком работы это казалось просто нереальным.

Стоять в очередях приходилось пожилой свекрови – и порой по нескольку дней. Казалось бы, такая простая процедура получения временного убежища оказалась для нас практически невыполнимой задачей. Но, несмотря на это,  благодаря нашему упорству и коммуникабельности, а также помощи наших новых друзей, нам удалось оформить для свекрови РВП. (Она уроженка России и в Воронеже на то время были выделены дополнительные квоты для тех, кто родился на территории РФ).

- Известны отдельные случаи, когда беженцам не удавалось добиться легализации в России, они возвращались домой. Так ли это?

- Да, со  свидетельствами  о получении временного убежища были сложности. Из-за нехватки времени мы не успевали вовремя собрать все необходимые документы. Такие проблемы возникали не только у нашей семьи. Невозможно работать и одновременно сутками простаивать в очередях в поликлиниках и ФМС. Именно по этой причине некоторые наши сограждане, не видя другого выхода и не имея средств к существованию, были вынуждены вернуться домой, в горящие Луганск и Донецк.

Одна наша новая знакомая, зная о наших трудностях, посоветовала нам попробовать оформить необходимые документы не в самом Воронеже, а в каком-нибудь небольшом населённом пункте, где беженцев не так много. Мы, естественно, не могли не воспользоваться этим советом и отправились в маленький городок в области. Там, действительно, не было таких очередей. Мы собрали необходимые документы в течение недели и ещё через две недели получили свидетельство о предоставлении временного убежища на территории РФ. Теперь мы могли официально жить и работать  в России в течение года. Следующим шагом стало получение РВП и гражданства.

- Вы решили остаться в России навсегда, стать ее гражданами, начать новую жизнь на исторической Родине. И в этом вам помогла Государственная программа содействия переселению соотечественников?

- Да, мы знали, что в Воронежской области действует Государственная программа переселения. Это был наш шанс ускорить получение российских паспортов. Мы не могли упустить этот шанс. И вот все анкеты заполнены, документы собраны, заявление на участие в госпрограмме переселения принято. Впереди опять прохождение медкомиссий, очереди, перерегистрации…Что ждёт нас впереди, какие трудности нам предстоит преодолеть на пути к нашей цели - мы не знаем, но мы готовы пройти этот путь потому, что обратной дороги нет!