Публикации

Тюмень: отблеск черного золота

Историк Николай Абрамов писал двести лет назад: «Тюмень достопамятна по основании в ней при покорении Сибири первого русского города и замечательна по красоте местности и благоустройству».

Ехали сюда русские люди за соболями и другим пушным зверем, а главное-то богатство таилось в тундре. Я, рижанка, приехала в Тюмень в командировку. Мне поручили увидеть все своими глазами и донести до размышляющих о переезде соотечественников объективную информацию о том, что ждет их в дальних российских краях.

При норковой шубе мороз не страшен

Чтобы сразу поразить женскую часть читательской аудитории, рассказ о Тюмени начну не с начала и даже не с середины, а с конца, когда в свободную минуту отправилась в торговый центр – меха смотреть.

Какие шубы носят нынче в Сибири? Продавцы радостно кинулись надевать на меня норковые манто – короткие и длинные, щипаные и пушистые, с соболями и чернобурками. Самая дешевая шубка – 5 тыс. долларов.

– А чего-нибудь попроще – нутрии или хорька – у вас нет?

– У нас в городе нутрий не покупают, спросом пользуется только мех норки, – сказала продавщица, сразу потерявшая ко мне интерес/

Решив, что попала в какой-то особо дорогой магазин, я заглянула еще в два меховых центра. Результат аналогичный. Это уже что-то интересное.

Продолжим социологическое исследование. Спрашиваю горничную в гостинице:

 – Вы зимой какую шубу носите?

 – Норковую.

Следующий участник опроса – шофер муниципального предприятия. Выяснилось, что у него есть жена, а у жены есть норковая шуба.

 – Вы получаете столько, что можете купить норковую шубу?

 – Да будь она неладна, эта шуба – взяли в кредит на несколько лет. У вас, женщин, главное – нельзя быть хуже других. А мы, мужики, мучаемся…

Появилась в Тюмени прослойка людей с высокими зарплатами, дамы начали щеголять в норковых шубах. За ними потянулось среднее звено. А теперь, если у жены нет норковой шубы, вроде как ты второсортный. Хотя в пуховике гораздо удобнее зимой. Все опрошенные подтвердили: зимой улицы Тюмени превращаются в подиум для демонстрации итальянских, греческих и российских норковых шуб. Только молодежь позволяет себе носить демократичные дубленки. А выгуливать меха здесь есть где.

Променад в центре города многолюден и ярок. Набережная, отделанная гранитом, выглядит вызывающе помпезно. Улицы вымощены плиткой, сияют вывески бутиков всемирно известных брендов, кафе и рестораны полны посетителей.

Богатый город, динамичный, необычный. В кафе за соседним столиком два подвыпивших мужика обсуждают производственные проблемы. Похоже, их начальника снимают проверяющие из Москвы.

Один сетует, что москвичи не понимают всю сложность проблем на фирме.  Второй внушает:

 – Слушай, ты чего-то не понимаешь. Допустим, ты купил мельницу. А дохода нет. И тебе начинают объяснять, что зерно не уродилось, жернова старые, рабочие ленивые. Но если ты не дурак, ты поменяешь мельника – и мельница начнет молоть.

Прямо краткий курс политэкономии. А в местных газетах наряду с сообщениями о ремонтах домов, открытии детских площадок и уголовных преступлениях печатают аналитические обзоры фондовых рынков – для держателей акций.

Прочитав региональную прессу и узнав, что «в акциях «Полюс Золото» доминирующим трендом остается крайне волатильный и непредсказуемый боковик», я прониклась еще большим уважением к жителям города – неужели они в этом разбираются?

На нефтяной игле

В местном музее есть экспонат – простая старая палатка. В таких жили геологи, которые искали в тайге и тундре нефть. И нашли. Первое газовое месторождение обнаружили в Березове.

Нефтяное месторождение в Самотлоре вывело Россию на первое место в мире по экспорту нефти. Нефтяные и газовые трубопроводы потянулись из Югры (так называют этот регион) через всю страну – в Европу.

Считается, что нефтяная игла помогла СССР поднять уровень благосостояния, а потом страну и погубила. Цены упали, система рухнула.

Те, кто открывал эти залежи ископаемых, кто строил буровые, не представляли себе, что богатства русского Севера достанутся всего лишь нескольким нуворишам. Кому-то миллиарды не принесли пользы – власть указала им на место в тюрьме. Более ловкие сделали головокружительную карьеру.

Местные жители с восхищением говорят о Сергее Собянине – бывшем губернаторе Тюмени, а ныне мэре Москвы. Это именно он за несколько лет превратил грязноватый областной центр в блистательную столицу нефтяного края.

Собянин родился в селе Няксимволь Тюменской области. Карьеру начал руководителем коммунальной службы в поселке Когалым. А какая там служба, если в 1981 году построили первый пятиэтажный дом! Когда растущему поселку присвоили статус города, Собянин стал мэром.

А предприятие «Когалымнефтегаз» стало частью компании «ЛУКойл». Новое тысячелетие Сергей Собянин встретил уже губернатором Тюменской области. Он добился, чтобы крупные нефтяные компании были зарегистрированы в Тюмени, а не в Москве.

Налоги платят по месту регистрации, и бюджет области сразу увеличился на порядок. Быстро стали ремонтировать дороги, обновлять здания, строить новые медицинские центры. Город просто на глазах приобрел тот лоск, которым поражает сегодня приезжих. Так что по Собянину тюменцы скучают, хотя и сейчас не обделены вниманием.

Как статистика кур считает

Департамент экономики правительства Тюменской области возглавляет Марина Кузнецова. Кстати, она окончила Рижский институт инженеров гражданской авиации, так что столица Латвии для нее – город студенческой юности.

Но о том, что Рига все еще строится, мы говорили недолго. Как в Сибири-то живется?

По словам Кузнецовой, Тюмень по темпам развития, по доходу на душу населения, по объему инвестиций и по многим другим показателям опережает другие регионы. Средняя зарплата – 24 тыс. рублей. Чтобы не путать читателей цифрами, приведу только один пример: бюджет области составляет половину бюджета Латвии.

Учтем, что пенсии, основные пособия, зарплаты бюджетникам выплачиваются государством, то есть область тратит значительные средства на благоустройство, социальную помощь и так далее. Строится медицинский городок, который по своему оснащению не уступает лучшим московским клиникам.

– Скажите, но ведь запасы нефти не бесконечны – и сегодняшняя власть должна думать о том, за счет чего будут жить следующие поколения тюменцев? – спрашиваю руководителя департамента.

– Хотя, по имеющимся данным, использовано только 20% запасов нефти и газа, но область взяла курс на диверсификацию.

Да, сегодня почти половина инвестиций приходится на нефтедобычу. Но расширяется целый ряд отраслей, связанных с глубокой переработкой нефти и газа. В первой десятке проектов – Антюпинский нефтеперерабатывающий завод, завод по производству полипропилена в Тобольске, металлургический завод по переработке металлолома и завод по производству металлоконструкций. Перечень можно продолжить.

Главное – это заводы с самыми современными технологиями, они создаются по принципу кластеров, то есть расширяют и дополняют цикл производства. Все это означает, что область создает задел на будущее.

Чиновникам рапортовать об успехах положено по должности. А как живут рядовые жители города?

– Знаете, как статистика кур считает? – сказал мне один собеседник. – У тебя – курица, у меня – нету, а в среднем у нас по полкурицы на каждого.

Рабочий на бурильной установке получает от полутора тысяч долларов в месяц. Деньги хорошие, но работа очень тяжелая. Зимой – холод, летом мошка грызет – болота же кругом.

И если вы думаете, что туда легко устроиться – ошибаетесь. А работяга на заводе получает долларов триста. Так что на норковую шубу никак не хватит, это дамочки из центра носят, а в заводских кварталах одеваются попроще.

Конечно, те, кто работает «на северах», поддерживают кучу народа вокруг – от таксистов до официантов. Работа в городе есть, если готов вкалывать – не пропадешь.

 Кого ждут?

Вот он – главный показатель благополучия: ежегодно Тюменская область увеличивается на 4 тыс. жителей! Во-первых, рождаемость превышает смертность, во-вторых, приезжает людей больше, чем уезжает.

«Ура! – кричит человек, который давно уже изучает Программу содействия добровольному переселению соотечественников в Россию. – Вот он, край моей мечты!»

Увы, 66% потенциальных переселенцев получили отказ. И по состоянию на июнь нынешнего года только 318 соотечественников и 439 членов их семей стали сибиряками, приехав из-за границы.

Порядок в Тюмени такой. Если человек направил в управление федерально-миграционной службы анкету, нашел в Интернете работу, то собирать чемоданы рано.

Потенциального работодателя приглашают на комиссию, где он объясняет, почему именно этому специалисту готов отдать вакансию. Более того, он подписывает гарантийное письмо, что не только дождется нового сотрудника, но и не уволит его в течение двух лет. И тогда - получите все положенные льготы, в том числе оплату аренды жилья в течение шести месяцев.

– Зато у нас нет таких, кто приезжает и остается без жилья и без дохода, – объясняют сотрудники УФМС России.

В числе счастливчиков, получивших путевку в Сибирь, Наталья Ковальчук и ее муж Руслан. Она – стоматолог, он – ветеринар.

Родились и выросли в Молдавии, молдавский язык знают, есть квартира в Кишиневе. Зачем вам, ребята, сибирская земля?

– Причина простая – здесь очень хорошие перспективы, – говорит Наталья. – Муж работает на ферме под городом, где 5 тыс. голов крупного рогатого скота.

Рассказывает, что все оборудовано по последнему слову техники. Хозяйство будет расширяться. Я сейчас в декретном отпуске. Причем меня как участника Программы сразу обеспечили всеми социальными гарантиями. А скоро мы уже получим российские паспорта.

– Скажите, а не проще вам было за перспективами ехать в Румынию?

– У меня сестра учится в Румынии. И к выходцам из Молдавии там относятся как к второсортным – бессарабам. За все время, что я живу в Тюмени, ни разу не почувствовала хоть намека, что я приезжая, чужая. Здесь удивительно открытые и добрые люди. Мы сейчас снимаем квартиру, и соседские бабушки, заметив, что я беременна, дружно приносят то лучок с огорода, то малину из леса – витамины.

Отношение очень доброжелательное – в том числе в кабинетах чиновников. Я побывала и в стоматологических клиниках, и в мединституте, и в строящемся Медицинском городке. Это очень высокий мировой уровень. Мне кажется, что у этого края такое будущее, что моему будущему ребенку, как и нам, будет здесь хорошо жить.

Соседи ближе, чем родня

Когда-то были прямые авиарейсы из Риги в сибирские города. Только из Даугавпилса более 600 человек летали на вахту – строить дороги. Сейчас добраться до этого края можно только через Москву или Санкт-Петербург.

За двадцать лет в Латвии выросло поколение, для которого Лондон – почти родной город, а все, что восточнее Зилупе, – дикая степь, населенная вражеским племенем. Довелось побывать с нашими школьниками в поездке по Золотому кольцу. Для них было открытием, что во времена, когда на месте Риги была рыбацкая деревушка, здесь стояли прекрасные белокаменные города.

Но и взрослые люди, путешествуя по России, делают для себя неожиданные открытия. Оказывается, в нашем сознании, или, как принято говорить, в менталитете, русский акцент проявляется очень сильно.

Вот вам простой бытовой пример. И в России, и в Латвии женщине незнакомые мужчины помогают поднести сумку, подняться по ступенькам в вагон, открывают дверь в помещение, уступают нижнюю полку в поезде и так далее. В Европе это уже считается ущемлением индивидуальных прав. И в Латвии, и в России все еще празднуют свадьбы всем родом, не ограничиваясь скромным чаепитием. То есть в сознании у нас семья – это важно. Есть и другие общие черты национального характера прибалтов и россиян. Например, желание, чтобы общие проблемы решил царь, вождь, президент или кто-то другой. Очень похожи наши чиновники, хоть они никогда в этом не признаются. И в России, и в Латвии они считают, что являются не слугами народа, а его правителями. И главное – услужить сильным мира сего, тогда не пропадешь. Наконец, в отличие от Старой Европы, где не принято кичиться богатством, новые русские и новые латыши стараются на каждом шагу продемонстрировать свою крутизну. Это в Стокгольме самые богатые кварталы напоминают старую Юрмалу с деревянными дачами. А в Латвии и в России если всем не виден твой достаток – то какое же от него удовольствие! Нигде в Европе вы не увидите на улицах такого количества мощных джипов, как в Риге, Москве и Тюмени.

Но при такой схожести, при многовековой общей истории связи между соседними странами  ощутимо слабеют. А ведь они взаимовыгодны.

Везде ищу латвийские товары. Увы, их почти нигде нет. Наконец, в Тюмени обнаружила витрину с надписью Riga. Продавалось мыло ручного производства. Больше предложить Латвии в Сибири нечего? А жаль…

Рига – Тюмень – Рига

Журнал "Русский век", № 5, 2012 г.